Страниц: [1]   Вниз
  Печать  
Автор Тема: Степан Руданский. 6 января  (Прочитано 4746 раз)
0 Пользователей и 1 Гость смотрят эту тему.
Тимофей Перевезенцев
Модератор форума
Завсегдатай форума
***
Offline Offline

Пол: Мужской
Сообщений критики: 0
Стихотворений: 5
Всего сообщений: 469


Человек из Кемерово...


« Ответ #2 Тема: Январь 07, 2011, 17:19:05 »

Спасибо, Ульян. Надо было тебе эту тему взять  Smiley земляк все-таки. Я очень долго искал  стихи Руданского.
Записан
Ульяна
Гость
« Ответ #1 Тема: Январь 06, 2011, 23:49:16 »

Замечательный поэт - Степан Руданский! А его присказки заставляют хохотать и взрослых и детей  Grin
Вот мои любимые:

СВИНЯ СВИНЕЮ

Несе мужик у ночовках
Додому свячене:
Яйця, паску, і ковбаси,
Й порося печене.
І порося, як підсвинок,
Та ще й з хроном в роті.
Несе, бідний, та й спіткнувся
У самім болоті.
І схибнулись нові ночви,
Затряслось свячене,
І в болото покотилось
Порося печене.
Глянув мужик на болото,
Посвистав до лиха,
Одвернувся, набік плюнув
Та й промовив стиха:
«Та свиня таки свинею!
Правду кажуть люди:
Святи її, хрести її —
Все свинею буде!»



ВОВКИ

«Чого, жидку, так збілів?
Що з тобою сталось?»
«Ах, за мною через став
Аж сто вовків гналось!»
«Бог з тобою!.. Сто вовків!..
Та б село почуло…»
«Та воно пак і не сто,
А п’ятдесят було».
«Та й п’ятдесят диво в нас…
Де б їх стільки взялось?»
«Ну Іванцю! Нехай так,
Але десять гналось».
«Та і десять не було!
Знать, один усього?»
«А як один? Аби вовк!
Страшно і одного…»
«А може, то і не вовк!»
«А що ж то ходило?
Таке сиве та мале,
А хвостик, як шило».


ТРЕБА ВСЮДИ ПРИЯТЕЛЯ МАТИ

Прийшла в церкву стара баба,
Свічок накупила;
Де була яка ікона,
Всюди поліпила.

Іще пара остається,
Де їх приліпити?..
«Ага! — каже.— Пошукаю
Святого Микити!»

Найшла баба і Микиту —
Святий чорта ціпить!..
Бере одну йому ставить,
Другу чорту ліпить!..

Видять люди й розважають,
Щоб там не ліпила.
«Що ти, бабо,— кажуть,— робиш?
Та ж то вража сила!..»

Але баба обернулась:
«Не судіте, люди!
Ніхто того не відає,
Де по смерті буде!..

Чи у небі, чи у пеклі
Скажуть вікувати;
Треба всюди, добрі люди,
Приятеля мати!..»


ЦИГАН З ХРОНОМ

З копійкою циганчук
По ярмарку ходить
І купив би, може, що,
Та все не знаходить.

Усе таке дороге,
А в нього копійка,
По копійці тільки хрін
Продає жидівка.

Мнявся бідний циганчук,
Далі, що робити?
Без гостинця ж не іти,
Треба щось купити!

До жидівки і побіг,
Купив того хрону,
За пазуху положив
Та й пішов додому.

От удома циганчук
Свіжий хрін смакує,
В носі крутить та вертить,
Сльози не вгамує.

А все-таки неборак
Хрону не кидає,
Іскривився, плаче, їсть
Та все примовляє:

«Плачте, очі навісні,
Щоб повилізали!..
Таже ж бачили самі,
Що ви купували!..»


ЧИ ГОЛОСНА ЦЕРКВА

Став у церкві батько з сином.
Церкву вже кінчали:
Засклепили, побілили,
Олтар прибивали.

«Слава богу, — каже батько, —
Спомоглися люди.
Лиш не знати, як то вона —
Чи голосна буде?

Постій хіба, — каже, — сину,
Перед образами,
А я піду та для проби
Свисну за вратами…»

Пішов свиснув разів кілька,
Назад повертає.
«А що, сину, голосная?» —
Хлопчину питає.

«Голосная!.. — хлопець каже, —
Так і б’є луною!..»
«Ану ж, — каже, — піди свисни,
А тут я постою…»

«Оце але! — каже хлопець. —
Найшли що сказати !..
А чи ж я то який дурень
У церкві свистати!»


Это только некоторые. А их ох как много... Grin Grin Grin


Записан

Тимофей Перевезенцев
Модератор форума
Завсегдатай форума
***
Offline Offline

Пол: Мужской
Сообщений критики: 0
Стихотворений: 5
Всего сообщений: 469


Человек из Кемерово...


« Тема: Январь 06, 2011, 19:29:17 »

Поэзия Степана Руданского с момента своего вызвала очень разнообразные оценки, даже отрицалась как неповторимое художественное явление и долгие года пролежала без внимания. ТворчествоРуданского опоздало к читателю, ощутимо не повлияло при жизни поэта на литературный процесс. Но оно не умерло в забвении. Его славе, к сожалению, посмертной, могут позавидовать и великие поэты. Так как эта слава из года в год возрастала не по изысканным малолюдным салонам, а под крышами миллионов трудящихся, которые часто не знали и имени творца тех песен и юморесок, которые пленили их ум и сердце.



Михаил Комаров вспоминал слова друга Руданского, художника В. Ковалева, об исключительной скромности и доброте поэта: «…Карие глаза его светились несказанной добротой, которая была наилучшим признаком его души. Одевался он всегда просто, как и жил. Недолюбливал господ, зато бедных людей и сам любил, и они его любили. Заболеет, бывало, бедный мужчина,- сейчас же к врачу Руданскому. Этот и поможет, и денег не возьмет. Бывало и так, что бедному мужчине негде жить, так Руданский дает свой дом, кормит, чем Бог послал, и не ждет никакой оплаты»…

Ты не моя
Ты не моя, как это больно!
Не для меня краса твоя,
И точит мысль меня невольно,
Что ты навеки не моя!

Ты не моя! И в очи эти
Другой глядит, восторг тая...
А я вот зря живу на свете.
Ведь не моя ты, не моя!..

Ты не моя! И черной бровью
Другой любуется, не я.
Другой идет к тебе с любовью
Ведь не моя ты, не моя!..

Ты не моя! Но чем владею.
Чем похвалюсь тебе и я?
Что в сердце я тебя лелею?
Но ты, как прежде, не моя!..

Ты не моя, голубка, пташка!..
К тебе добра судьба твоя;
А я судьбой наказан тяжко:
Ведь не моя ты, не моя!..

 
Расцвет оригинального творчества Руданского приходится на десятилетие, которое укладывается в 1851-1861 года. Это, как известно, было время жестокой реакции, когда всякая живая мысль была гонима, когда, по словам Шевченко, «от молдаванина до финна на всех языках» все молчало, а крепостническая Российская империя неотвратимо катилась к одному из наибольших своих кризисов…
Любознательного, способного юношу, которым был Руданский, не могло не пленить народное творчество. В нем он мог найти ответы на десятки вопросов, которые волновали его, на которые официальная наука не могла ответить. Из дум и исторических песен, распространенных всюду безымянными кобзарями и лириками, возникало перед ним героическое прошлое Украины. Он жаждущим сердцем поглотил всю радужную духовную красоту народа, которая прослеживалась в его песнях, увлекался веселой мудростью простого человека, его талантом силой смеха убить своего угнетателя - этот смех искрился с анекдоиа, шутки, поговоркикаждого простого подолянина.

ПОВЕЙ, ВИТРЕ, НА ВКРАИНУ

Повей, витре, на Вкраину
Где покинул я девушку
Где покинул карие глаза
Повей, витре, в полночь.

Между горами там долина
В той долине есть хата
В той хате - девочка
Девочка-голубушка.

Повей, витре, к восход солнца
К восход солнца, край окошка.
Край окошка постель белая
Постель белая, девушка мыла.

Повей, витре, исподтишка
Над румяным, белым личиком.
Над тем личиком наклонись
Спит ли мыла - посмотри.

Спит ли мыла, возбудилась ли?
Спроси ее, с кем любила.
С кем любила и любила
И любить клялась.

Как забьется ей сердечко
Как вздохнет она тихонько
Как заплачут карие глаза, -
Возвращай, витре, в полночь.

А как меня позабула
И второго прижала
То развейся край долины
Не возвращайся из Украины.

Ветер веет, ветер веет
Сердце скорбит, сердце млеет.
Ветер веет, повевает
В Украину не возвращает.


Руданский отличался огромной творческой трудоспособностью, чрезвычайным  мастерством. Очевидно, техника стихосложения для него не представляла никаких трудностей. За датированием произведений мы видим, что Руданский за один день мог написать три, четыре, а то и пять юморесок. На протяжении какой-то недели зимой 1857 года он создал огромную сказку «Царь Соловей»; в один день, 8 июля 1859 года, им написаны баллады «Верба» и «Тополь». Можно вообразить, сколько мог бы сделать для литературы этот талантливый и трудолюбивый человек, если бы судьба оказалась к нему хотя бы немного благосклонней.

Над колискою
Спи, дитя моє, ти життя моє!
Спи, дитя моє красне!
Поки сонечко не запалиться,
Поки місяць не згасне!..
А я, бідная, над колискою
Цілу ніч не здрімаю,
Про життя твоє нещасливеє
Тобі пісню співаю.
Спи, дитя моє, ти життя моє!
Тільки щастя і долі!
Будеш цілий вік, як той чорний віл,
У ярмі та неволі!
Тільки губонька залепечеться,
Слаба ніженька стане,
Слаба рученька перехреститься,—
Твоє горе настане!
Не підеш з дітьми, не побавишся
На пуховім пісочку,
Не прийдеш у сад, не положишся,
Не заснеш в холодочку!..
Не з дітьми підеш,— панську череду
Поженеш ти на поле!..
Не пісок м'який,— стерня острая
Босі ноги наколе!..
І від сонечка не сховаєшся
За відорану скибу;
Зав'ялить тебе в полі сонечко,
Як ту в'ялую рибу!..
І не раз сльоза із очей спаде
На запалені груди,—
І сльозу твою тільки бог їден
З неба видіти буде!
Станеш хлопцем ти, станеш парубком,
Тобі все їдна доля:
Череда пройде, найде панщина —
Їдна й тая ж неволя.
І що божий день осавула йде:
Ти вставай до роботи!..
Ти вставай, роби від неділеньки
До самої суботи...
І що божий день будеш досвіта
До роботи вставати;
Свою силоньку ні собі, ш мні,
А панам виробляти.
А там панові не вподобався,
Писарині якому,—
Ноги здибають , руки сплутають
І звезуть до прийому.
Станеш голий ти у «присутствії»,
Як родила тя мати...
І зачнуть тебе пани з дохтором,
Мов коня, оглядати...
І забриють лоб — і до церкви враз,
Там присягу прикажуть;
У мундир вберуть, оружжя дадуть,
Світ навіки зав'яжуть.
Поженуть тебе в чужу сторону,
І зачнуть муштрувати,
І приказ дадуть — мову рідную
На чужую зламати...

Записан
Страниц: [1]   Вверх
  Печать  
 
Перейти в:  

Powered by SMF | SMF © 2006-2008, Simple Machines LLC