Страниц: [1]   Вниз
  Печать  
Автор Тема: Сильвия Плат. 27 октября  (Прочитано 1843 раз)
0 Пользователей и 1 Гость смотрят эту тему.
Тимофей Перевезенцев
Модератор форума
Завсегдатай форума
***
Offline Offline

Пол: Мужской
Сообщений критики: 0
Стихотворений: 5
Всего сообщений: 469


Человек из Кемерово...


« Тема: Октябрь 27, 2010, 03:52:21 »

Привет. Сегодня 27 октября. День американской поэтессы Сильвии Плат, рекомендую необычайно!  Мир для Сильвии - арена вечной борьбы сил добра и зла, она всей душой стоит за добро, но ощущает себя одинокой и беззащитной перед злом. Зло - это фашизм, предвестия и отголоски которого она усматривает как в "великих завоевателях" прошлого, так и в американском обывателе, который из охотничьего ружья на тихой улице расстреливает пчелиный рой.
Иосиф Бродский считал Сильвию Плат одним из лучших англоязычных поэтов 20 века. Практически только поэтому ее имя стало известно русскому читателю. Хотя по-русски ее стихи и мелькали в антологиях, а потом вышла и книга. Но поэзию Сильвии Плат еще не прочли и не оценили по-настоящему не только в России, но и в странах английского языка, где ее заслонил Тед Хьюз, ее муж — поэт, более слабый, во всяком случае, более обычный.



Грибы
(перевод Сергея Бреля и
Алины Левичевой)

Всю ночь напролёт,
белы, словно лёд,
так тихо! –

мы – пальцы росы,
мы – почвы носы
и лихо.

Никто не заметит,
предательства сети
не тронут.

Теснящимся крохам
под гнётом не плохо
вне дома.

Что лист да игла! –
мы – куча мала
слепая,

и мягкий кулак
податливый мрак
копает.

Питаемся влагой
и большего блага
не просим.

Мы матрицы Бога,
нас много,
нас много
под осень.

За нами партер,
хороших манер
отведай:

тычок в локоток,
закончим, браток,
победой

к рассвету. Не дремлем! –
наследуем землю.
Нам внемли.


Она была сверхчувствительна к малейшим проявлениям недоброжелательности. Обострённая впечатлительность не раз приводила её к срывам,к депрессии и отчаянию.
В 18 лет душевное состояние девушки начинает стремительно ухудшаться, все происходящее вокруг угнетает ее, учеба и отношения с людьми теряют всякий смысл в ее глазах. В результате Сильвия Плат оказывается в состоянии тяжелой депрессии, на пике которой предпринимает попытку самоубийства — отравившись снотворным, она заползает в подвал своего дома. После чего следует пребывание в психиатрической клинике, где Сильвия подвергается лечению сеансами электросудорожной терапии. Вскоре Сильвии становится значительно лучше, и она преодолевает депрессию. События этого периода жизни достаточно подробно описаны в ее полуавтобиографической повести «Под стеклянным колпаком». После успешного окончания колледжа Сильвия получает грант на обучение в Кембридже, где знакомится с поэтом Тедом Хьюзом, за которого она выйдет замуж.

ЗЕРКАЛО
  
   Я точное и серебристое,
   и не знаю, что значит предвзятое
   мненье. Ни любовью, ни отвращеньем
   ничего не замутнив,
   Всё, что вижу - немедленно проглатываю.
   Мой взгляд не жесток: он просто правдив.
  
   Я глаз прямоугольного маленького божка.
   Почти всё время
   противоположная стена в меня глядится.
   Она в розовых пятнах.
   Я долго смотрю на неё, пока
   стена не покажется мне
   собственной моей души частицей.
   Но порой отделяют её от меня то темнота, то лица.
  
   И вот я - озеро. Наклоняется женщина надо мной.
   Она ищет свою сущность в моей глубине,
   А потом отворачивается к этим лгунам,
   к свечкам или к луне.
   Но и тут я честно отражаю её,
   повёрнутую ко мне спиной.
   Нервными жестами и слезами она награждает меня.
   Для неё так много я значу -
   то приходит она, то уходит.
   Её лицо сменяет темноту в самом начале дня.
  
   Она во мне утопила девушку, и старуха,
   с каждым днём все ясней,
   выплывает теперь из меня,
   как жуткая рыбина - прямо к ней.

Дружба Сильвии Плат и Энн Секстон (Ann Sexton), двух легендарных поэтесс, по мнению исследователей, заключала в себе некий лесбийский подтекст. Платонический, но от этого не менее увлекательный и интенсивный. Поэтессы были "обречены" на дружбу. Обреченность - это слово стало актуальным для обеих даже без обрамления в кавычки. Неудивительно, что эти женщины познакомились и подружились. Им было, что сказать друг другу. Главной темой их бесед стали вопросы бытия и небытия. И если Жан-Поль Сартр на вопрос "быть или не быть?" отвечал, что все-таки "быть", хоть и с оговорками, то ответ Секстон и Плат был "не быть". И с каждым годом этот ответ вырисовывался все ярче. Конечно же, кроме тотального фатализма в творчестве обеих поэтесс имелись и другие мотивы. Часто воссоздаваемые женские образы, отражавшие их сущность и, возможно, сексуальные устремления.

КОНЕЦ МИФОТВОРЧЕСТВУ
  
   Две добродетели скачут верхом,
   Одна на коне, другая на пони...
   "Точить ножи-ножницы!"
   Это Разум с вытянутым лицом
   И Здравый Смысл,
   Приземистый и плоский, как ладони...
  
   Один опекает докторов всех мастей,
   Другой - лавочников и домохозяек.
   Подстричь всё: и деревья, и пуделей,
   И ногти садовника... Ура точилу!
   Оно же дьявола изгоняет!
  
   Того, чьи совиные глаза из неаккуратного леса
   Пугали баб - до выкидыша, собак - до воя,
   Характер мальчишек деревенских
   Делали зверским,
   И хозяйки были всегда всем недовольны!

То, что для менее ранимых людей казалось жизненной нормой, было для Сильвии Плат мучительством, обманом и жестокосердием. И счастливая молодая мать, талантливая, обретшая себя поэтесса ушла из жизни, оставив самой жизни стихи, исполненные, по словам Роберта Лоуэлла, "устрашающего и победоносного совершенства". Сегодня в числе лучших американских поэтов наших дней, наряду с Уилбюертом, Гинсбергом, Лоуэллом и Денизой Левертов, по праву называют имя Сильви Плат.

ПРОСЫПАЯСЬ ЗИМОЙ...
  
   ...А во рту вкус жестяного неба. Оно и
   На самом деле в металлическом рассвете совсем жестяное,
   Словно опалённые нервы, деревья застыли.
   Всю ночь снилось мне истребленье и разрушенье, или
   Конвейер, на нём перерезанные глотки. А мы с тобой
   В сером "шевроле" пьём яд бегущих мимо газонов,
   И как заклёпки, вбитые в землю среди зелёных
   Трав - могильные камни мелькают. Курорт. Прибой.
  
   Так вот куда мы на бесшумных шинах приехали!
   Как откликались балконы металлическими эхами!
   Как освещало солнце над морем кости ли, черепа ли,
   Простор, простор - простыни, по нитке расползаясь, тают.
   Ножки кушеток тоже тают в воздухе - вот и пропали!
   Медсёстры залепляют раны пластырями и улетают.
   Смертеобразным постояльцам не нравятся ни комнаты, ни улыбки,
   Ни пальмы из раскрашенной резины, ни море,
   Приглушающее их облезлые чувства, наподобие морфия...

Материал:
1.   Сайт GAY.RU
2.   Андрей Сергеев о Сильвии Плат Жур.  « Иностранная литература»  N1 за 1970-й год

Записан
Страниц: [1]   Вверх
  Печать  
 
Перейти в:  

Powered by SMF | SMF © 2006-2008, Simple Machines LLC