Страниц: [1]   Вниз
  Печать  
Автор Тема: Кирсанов Семен Исаакович. 18 сентября  (Прочитано 1510 раз)
0 Пользователей и 1 Гость смотрят эту тему.
Тимофей Перевезенцев
Модератор форума
Завсегдатай форума
***
Offline Offline

Пол: Мужской
Сообщений критики: 0
Стихотворений: 5
Всего сообщений: 469


Человек из Кемерово...


« Тема: Сентябрь 18, 2010, 04:31:25 »

   Всем привет. Второй день подряд открываю неизвестных мне поэтов. Да, конечно, любой поэт это целая галактика мыслей и чувств, любой интересен по-своему, но есть как бы «родственные галактики», побывав в них один раз, позже постоянно охота вернуться и снова пересмотреть, перечитать, пережить. Вчера день от Масаоки под впечатлением ходил и вот сегодня … Сегодня 18 сентября. День Кирсанова Семена Исааковича, в 1906 году рожденного в Одессе, в семье портного.



Моя автобиография

Грифельные доски,
парты в ряд,
сидят подростки,
сидят - зубрят:
“Четырежды восемь -
тридцать два”.
(Улица - осень,
жива едва…)
- Дети, молчите.
Кирсанов, цыц!..
сыплет учитель
в изгородь лиц.
Сыплются рокотом
дни подряд.
Вырасту доктором
я (говорят).
Будет нарисовано
золотом букв:
“ДОКТОР КИРСАНОВ,
прием до двух”.
Плача и ноя,
придет больной,
держась за больное
место: “Ой!”
Пощупаю вену,
задам вопрос,
скажу: - Несомненно,
туберкулез.
Но будьте стойки.
Вот вам приказ:
стакан касторки
через каждый час!
Ах, вышло иначе,
мечты - пустяки.
Я вырос и начал
писать стихи.
Отец голосил:
- Судьба сама -
единственный сын
сошел с ума!..
Что мне семейка -
пускай поют.
Бульварная скамейка -
мой приют.
Хожу, мостовым
обминая бока,
вдыхаю дым
табака,
Ничего не кушаю
и не пью -
слушаю
стихи и пою.
Греми, мандолина,
под уличный гам…
Не жизнь, а малина -
дай
бог
вам!


    Детские и юношеские годы Кирсанова прошли в Одессе: здесь он окончил гимназию и в 1920-е, учась на филологическом факультете Одесского института народного образования, Кирсанов уже писал стихи о ликбезе, о красноармейцах, о революции.
      Большой удачей для 18-летнего Кирсанова бала встреча с Маяковским, тот буквально взял его под свое крыло, печатая в ЛЕФе, приглашая в совместные поездки.

Дождь

Зашумел сад, и грибной дождь застучал в лист,
вскоре стал мир, как Эдем, свеж и опять чист.

И глядит луч из седых туч в зеркала луж -
как растет ель, как жужжит шмель, как блестит уж.

О, грибной дождь, протяни вниз хрусталя нить,
все кусты ждут - дай ветвям жить, дай цветам пить.

Приложи к ним, световой луч, миллион линз,
загляни в грунт, в корешки трав, разгляди жизнь.

Загляни, луч, и в мою глубь, объясни - как
смыть с души пыль, напоить сушь, прояснить мрак?

Но прошел дождь, и ушел в лес громыхать гром,
и, в слезах весь, из окна вдаль смотрит мой дом.


    Кирсанов блистательный мастер форм. Про Кирсанова была такая эпиграмма: "У Кирсанова три качества: трюкачество, трюкачество и еще раз трюкачество". Эпиграмма хлесткая и частично правильная, но в ней забывается и четвертое качество Кирсанова - его несомненная талантливость. Его поиски стихотворной формы, ассонансные способы рифмовки были впоследствии развиты поэтами, пришедшими в 50-60-е, а затем и другими поэтами, помоложе.

Ад

Иду
в аду.
Дороги -
в берлоги,
топи, ущелья
мзды, отмщенья.
Врыты в трясины
по шеи в терцинах,
губы резинно раздвинув,
одни умирают от жажды,
кровью опившись однажды.
Ужасны порезы, раны, увечья,
в трещинах жижица человечья.
Кричат, окалечась, увечные тени:
уймите, зажмите нам кровотеченье,
мы тонем, вопим, в ущельях теснимся,
к вам, на земле, мы приходим и снимся.
Выше, спирально тела их, стеная, несутся,
моля передышки, напрасно, нет, не спасутся.
Огненный ветер любовников кружит и вертит,
по двое слипшись, тщетно они просят о смерти.
За ними! Бросаюсь к их болью пронзенному кругу,
надеясь свою среди них дорогую заметить подругу.
Мелькнула. Она ли? Одна ли? Ее ли полузакрытые веки?
И с кем она, мучась, сплелась и, любя, слепилась навеки?
Франческа? Она? Да Римини? Теперь я узнал: обманула!
К другому, тоскуя, она поцелуем болящим прильнула.
Я вспомнил: он был моим другом, надежным слугою,
он шлейф с кружевами, как паж, носил за тобою.
Я вижу: мы двое в постели, а тайно он между.
Убить? Мы в аду. Оставьте у входа надежду!
О, пытки моей беспощадная ежедневность!
Слежу, осужденный на вечную ревность.
Ревную, лететь обреченный вплотную,
вдыхать их духи, внимать поцелую.
Безжалостный к грешнику ветер
за ними волчком меня вертит
и тащит к их темному ложу,
и трет меня об их кожу,
прикосновенья — ожоги!
Нет обратной дороги
в кружащемся рое.
Ревнуй! Эти двое
наказаны тоже.
Больно, боже!
Мука, мука!
Где ход
назад?
Вот
ад.


   Поэтика Кирсанова циркового происхождения - это вольтижировка, жонгляж, фейерверк; как жаль, что у нас на сегодняшний день нет ни одного формалиста такого класса. Формалисты тоже нужны. Но все же только формалистом Кирсанова назвать было бы несправедливо. Поэзия Кирсанова отличается разнообразием ритмов, словесной изобретательностью; с годами она стала проще по форме, в ней начали преобладать лирико-философские мотивы; поэт размышляет над связями личности с обществом, историей, Вселенной, над собственным призванием.

Смерти больше нет

Смерти больше нет.
Смерти больше нет.
Больше нет.
Больше нет.
Нет. Нет.
Нет.
Смерти больше нет.
Есть рассветный воздух.
Узкая заря.
Есть роса на розах.
Струйки янтаря
на коре сосновой.
Камень на песке.
Есть начало новой
клетки в лепестке.
Смерти больше нет.
Смерти больше нет.
Будет жарким полдень,
сено - чтоб уснуть.
Солнцем будет пройден
половинный путь.
Будет из волокон
скручен узелок,-
лопнет белый кокон,
вспыхнет василек.
Смерти больше нет.
Смерти больше нет!
Родился кузнечик
пять минут назад -
странный человечек,
зелен и носат:
У него, как зуммер,
песенка своя,
оттого что я
пять минут как умер…
Смерти больше нет!
Смерти больше нет!
Больше нет!
Нет!


Материал:
1.   Сборник русской поэзии «Лирикон»
2.   Русские писатели и поэты. Краткий биографический словарь. Москва, 2000.


Просто удержаться не могу  Smiley

Я бел, любимая

Я бел,
любимая.
Я — мел,
который морем был
и рыб и птиц имел
и побелел.
Я меловой период.
В глубине
есть отпечатки раковин на мне.
Моя ладонь, и та
лишь оттиск допотопного листа.
А ты — начало.
Ты полёт стрекоз.
Ты всплеск летучих рыб.
Ты небо первых гроз.
Ты только что начавшаяся жизнь.
Ты радуга,
ты первая из призм.
Ты только что открытые глаза.
Ты водопад из золота волос.
Ты вылет первых ос.
А я — глубинный мел,
в моей душе
былых стрекоз, и рыб, и птиц клише.
Рукой весёлой камни разгребя,
на белом
мне —
прочти:
«Любил тебя».

« Последнее редактирование: Сентябрь 18, 2010, 04:34:03 от Тимофей Перевезенцев » Записан
Страниц: [1]   Вверх
  Печать  
 
Перейти в:  

Powered by SMF | SMF © 2006-2008, Simple Machines LLC