Страниц: [1]   Вниз
  Печать  
Автор Тема: Янка Дягилева. 4 сентября.  (Прочитано 1506 раз) 1 благодарят за тему
0 Пользователей и 1 Гость смотрят эту тему.
Bee
Модератор форума
Коренной форумчанин
*****
Offline Offline

Сообщений критики: 5
Стихотворений: 0
Всего сообщений: 1399



« Ответ #1 Тема: Сентябрь 10, 2010, 03:47:23 »

А ведь и правда, хороший раздел получился. Зашла на минутку, зацепилась и просидела  у компьютера несколько часов, вспоминая  стихи, песни, слухи... Столько про Янку слухов ходило и до сих пор не известно, наверное, что правда, а что нет. Все, что она хотела, чтобы о ней знали - в стихах и песнях.
И я выбрала себе под настроение.

Классический депресняк
 
Кругом души от покаяний
Безысходности без движений
Неподвижности без исходов
Неприятие без воздействий
Нереакция до ухода
Неестественность черных фобий
Легкомыслие битых окон
Светлоглазые боги глохнут,
Заражаясь лежачим танцем
Покрываясь стальной коростой
Будут рыцарями в музеях
Под доспехами тихо-тихо
Из-под мрамора биться долго
Обреченности и колодцы
Подземелья и суициды
стынут реки и ноги мерзнут
Два шага по чужому асфальту
В край раздробленных откровений
В дом, где нету ни после, ни вместе
В рай без веры и в ад без страха
(июнь 1987)
Записан

Искренне.
Непутевая.
Тимофей Перевезенцев
Модератор форума
Завсегдатай форума
***
Offline Offline

Пол: Мужской
Сообщений критики: 0
Стихотворений: 5
Всего сообщений: 469


Человек из Кемерово...


« Тема: Сентябрь 04, 2010, 04:59:31 »

Всем привет. Есть такое хорошее слово –  "индепендент". "Независимые". Ими были все настоящие русские рокеры доперестроечной эры. Янка Дягилева стадионы не собирала. Это факт. Но –
Собирайся, народ, на бессмысленный сход,
На всемирный совет, как обставить наш бред,
Принять волю свою в идиотском краю…

Русской культуре везло - вот пришла сибирская девчонка Янка, и стало ясно, что второй этап развития русской рок-музыки без огромной страны "Сайберии" не обойдется.
День 4 сентября – День Янки Дягилевой.



Нюркина псеня

Разложила девка тряпки на полу,
Раскидала карты-крести по углам,
Потеряла девка радость по весне,
Позабыла серьги-бусы по гостям.

По глазам колючей пылью белый свет,
По ушам фальшивой трелью белый стих,
По полям дырявой шалью белый снег,
По утрам усталой молью белый сон.

Развернулась бабской правдою стена,
Разревелась – раскачалась тишина.
По чужим простым словам как по рукам,
По подставленным ногам, по головам.

А в надтреснутом стакане старый чай,
Не хватило для разлёту старых дел,
Фотографии там звёздочки и сны,
Как бы сделать чтоб всем было хорошо.

Всё что было, всё что помнила сама,
Смёл котейка с подоконника хвостом.
Приносили женихи коньячок,
Объясняли женихи, что почём.

Кто под форточкой сидит – отгоняй.
Ночью холод разогнался с Оби.
Вспоминай почаще солнышко своё,
То не ветер ветку клонит,
Не дубравушка шумит.


Она редко давала интервью. «...Я вообще не понимаю, как можно брать-давать какие-то интервью. Я же могу наврать - скажу одно, а через десять минут - совсем другое. А потом все будут все это читать. Ведь человек настоящий, только когда он совсем один, - когда он хоть с кем-то, он уже играет. Вот когда я болтаю со всеми, курю - разве это я? Я настоящая, только когда одна совсем или когда со сцены песни пою - даже это только как если, знаешь, когда самолетик летит, пунктирная линия получается, - от того, что есть на самом деле. »

Рижская

А ты кидай свои слова в мою прорубь,
Ты кидай свои ножи в мои двери,
Свой горох кидай горстями в мои стены,
Свои зёрна в заражённую почву.

На переломанных кустах клочья флагов,
На перебитых фонарях обрывки петель,
На обесцвеченных глазах мутные стёкла,
На обмороженной земле белые камни.

Кидай свой бисер перед вздёрнутым рылом,
Кидай пустые кошельки на дорогу,
Кидай монеты в полосатые кепки,
Свои песни в распростёртую пропасть.

В моём углу засохший хлеб и тараканы,
В моей дыре цветные краски и голос,
В моей крови песок мешается с грязью,
А на матрасе позапрошлые руки.

А за дверями роют ямы для деревьев,
Стреляют детки из рогатки по кошкам,
А кошки плачут и кричат во всё горло,
Кошки падают в пустые колодцы.

А ты кидай свои слова в мою прорубь,
Ты кидай свои ножи в мои двери,
Свой горох кидай горстями в мои стены…


На кого похожа плотная, желтоглазая тигроватая Янка? Ни на кого, или на Жанну Д'Арк, девушку из народа, одержимую таинственными голосами «Выразить словами невозможно» состояние, в которое повергают  янкины голоса-баллады - «вены дрожат», но это, увы, не мои слова, а ее собственные.
Решительная и смущенная одновременно, Янка, нависнув над гитарой, впадала постепенно в некий «медитативный транс» и пылала Янка, захлестывая публику давно не виданной искренностью исполнения и потоками живительной и драматичной женственности...

Про паучков

Пауки в банке
Глядят сквозь стены,
Глазами мёртвой стрекозы.
Бегут по кругу.
По краю криво занесло.

Пауки в банке
Хотели выжить.
Через отрезок пустоты,
Увидеть солнце.
Во рту толчёное стекло.

Пауки в банке
Искали дыры.
Чтобы вскарабкаться наверх,
Друг друга жрали.
Хватали муху за крыло.

Пауки в банке
Глядели в небо,
До края было полчаса,
Почти полсилы.
А наше время истекло.
Пауки в банке.
Наше время истекло.

Пауки в банке.
По ветру в вечность.
А наше время истекло.
Пауки в банке.
Наше время истекло.

Чем восхищает Янка? Текстами, текстами и еще раз текстами. Завораживающим сочетанием недамского размаха и эпичности со щемящим лиризмом. Слова «Особого Резона», «От Большого Ума», «Берегись» можно напечатать карабкающейся вверх лесенкой - каждая следующая фраза неожиданней и круче предыдущей. С замиранием у сердца ждешь, что вот сейчас дыхание у Янки кончится, и она споткнется на какой-нибудь банальной «рыбе». Но тут вклинивается издевательски-абсурдное «знамя на штык, козел в огород» - и вся эта чудная пирамида вместо того, чтобы развалиться на куски, уплывает неведомо куда, и уже «параллельно пути черный спутник летит» - все завертелось по новой.
Янка просто потрясает истинной трагичностью творчества, необыкновенной вообще для рока конца 80-х. Вред совкового бытия, мрачность урбанистических закоулков и затерянность в них человека в Янкиной интерпретации выглядят не иронической чернухои, не мрачным фарсом, а именно тем, что в классические времена называлось высокой трагедией. Даже совершенно матерные куплеты: «Я повторяю десять раз и снова...» - звучат трогательно, горестно и чисто. Трогательно, горестно и чисто...

Нарисовали икону

Нарисовали икону – и под дождём забыли,
Очи святой мадонны струи воды размыли,
Краска слезой струилась – то небеса рыдали,
Люди под кровом укрылись – люди о том не знали.
А небеса сердились, а небеса ругались,
Бурею разразились…
Овцы толпой сбивались!
Молнии в окна били, ветры срывали крыши,
Псы под дверями выли, метались в амбарах мыши,
Жались к подолам дети, а старики крестились,
Падали на колени, на образа молились…

Солнышко утром встало, люди из дома вышли,
Тявкали псы устало, правили люди крыши…
А в стороне, у порога клочья холста лежали,
Люди забыли бога, люди плечами жали…


Материал:
1.  Екатерина Пригорина «Пять восторгов о Янке» «КонтрКультУра», 1/90 г.
2. «Янка» 2001г.
3. И. Мальцев, "Комсомольская Правда" (Москва) 23.09.1990

Записан

Страниц: [1]   Вверх
  Печать  
 
Перейти в:  

Powered by SMF | SMF © 2006-2008, Simple Machines LLC